January 26th, 2013

И тех из вас, которым ни до чего дела нет, я буду миловать; прочих же всех - казнить.

Ладно. Володеть вами я желаю, - а чтоб идти к вам жить - не пойду! Потому вы живете звериным обычаем: с беспробного золота пенки снимаете, снох портите! А вот посылаю к вам, заместо себя, самого этого новотора-вора: пущай он вами дома правит, а я отсель и им и вами помыкать буду! И будете вы платить мне дани многие - у кого овца ярку принесет, овцу на меня отпиши, а ярку себе оставь; у кого грош случится, тот разломи его начетверо: одну часть отдай мне, другую мне же, третью опять мне, а четвертую себе оставь. Когда же пойду на войну - и вы идите! А до прочего вам ни до чего дела нет! И тех из вас, которым ни до чего дела нет, я буду миловать; прочих же всех - казнить. А как не умели вы жить на своей воле и сами, глупые, пожелали себе кабалы, то называться вам впредь не головотяпами, а глуповцами. (князь)
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

"Тяпать" головами обо все, что бы ни встретилось на пути.

ыл в древности народ, головотяпами именуемый, и жил он далеко на севере, там, где греческие и римские историки и географы предполагали существование Гиперборейского моря. Головотяпами же прозывались эти люди оттого, что имели привычку "тяпать" головами обо все, что бы ни встретилось на пути. Стена попадется - об стену тяпают; Богу молиться начнут - об пол тяпают.

В Риме бушевала подлая чернь, а у нас - начальники.

• В чем состоит собственно задача ег (летописателя)? В том ли, чтобы критиковать или порицать? - Нет, не в том. В том ли, чтобы рассуждать? - Нет, и не в этом. В чем же? - А в том, легкодумный вольнодумец, чтобы быть лишь изобразителем [...] и об оном предать потомству в надлежащее назидание.

• Родной наш город Глупов, производя обширную торговлю квасом, печенкой и вареными яйцами, имеет три реки и, в согласность древнему Риму, на семи горах построен, на коих в гололедицу великое множество экипажей ломается и столь же бесчисленно лошадей побивается. Разница в том только состоит, что в Риме сияло нечестие, а у нас - благочестие, Рим заражало буйство, а нас - кротость, в Риме бушевала подлая чернь, а у нас - начальники.

Сие намерение - есть изобразить преемственно градоначальников, в город Глупов от российского правите

• Градоначальники времен Бирона отличаются безрассудством, градоначальники времен Потемкина - распорядительностью, а градоначальники времен Разумовского - неизвестным происхождением и рыцарскою отвагою. Все они секут обывателей, но первые секут абсолютно, вторые объясняют причины своей распорядительности требованиями цивилизации, третьи желают, чтоб обыватели во всем положились на их отвагу. Такое разнообразие мероприятий, конечно, не могло не воздействовать и на самый внутренний склад обывательской жизни; в первом случае, обыватели трепетали бессознательно, во втором - трепетали с сознанием собственной пользы, в третьем - возвышались до трепета, исполненного доверия.

• Ежели древним еллинам и римлянам дозволено было слагать хвалу своим безбожным начальникам и предавать потомству мерзкие их деяния для назидания, ужели же мы, христиане, от Византии свет получившие, окажемся в сем случае менее достойными и благодарными? Ужели во всякой стране найдутся и Нероны преславные, и Калигулы, доблестью сияющие, и только у себя мы таковых не обрящем? [...] Не только страна, но и град всякий, и даже всякая малая весь, - и та своих доблестью сияющих и от начальства поставленных Ахиллов имеет, и не иметь не может. [...] Сие намерение - есть изобразить преемственно градоначальников, в город Глупов от российского правительства в разное время поставленных. [...] Одни из них, подобно бурному пламени, пролетали из края в край, все очищая и обновляя; другие, напротив того, подобно ручью журчащему, орошали луга и пажити, а бурность и сокрушительность предоставляли в удел правителям канцелярии. Но все, как бурные, так и кроткие, оставили по себе благодарную память в сердцах сограждан, ибо все были градоначальники.

Однако упорство старика заставило Аленку призадуматься.

&bull *) Текст "История одного города" - в Библиотеке Максима Мошкова

• Целых шесть лет сряду город не горел, не голодал, не испытывал ни повальных болезней, ни скотских падежей, и граждане не без основания приписывали такое неслыханное в летописях благоденствие простоте своего начальника, бригадира Петра Петровича Фердыщенка. И действительно, Фердыщенко был до того прост, что летописец считает нужным неоднократно и с особенною настойчивостью остановиться на этом качестве, как на самом естественном объяснении того удовольствия, которое испытывали глуповцы во время бригадирского управления. Он ни во что не вмешивался, довольствовался умеренными данями, охотно захаживал в кабаки покалякать с целовальниками, по вечерам выходил в замасленном халате на крыльцо градоначальнического дома и играл с подчиненными в носки, ел жирную пищу, пил квас и любил уснащать свою речь ласкательным словом "братик-сударик".

• Но на седьмом году правления Фердышенку смутил бес. Этот добродушный и несколько ленивый правитель вдруг сделался деятелен и настойчив до крайности: скинул замасленный халат и стал ходить по городу в вицмундире. Начал требовать, чтоб обыватели по сторонам не зевали, а смотрели в оба, и к довершению всего устроил такую кутерьму, которая могла бы очень дурно для него кончиться [...] Дело в том, что в это самое время, на выезде из города, в слободе Навозной, цвела красотой посадская жена Алена Осипова. По-видимому, эта женщина представляла собой тип той сладкой русской красавицы, при взгляде на которую человек не загорается страстью, но чувствует, что все его существо потихоньку тает. [...] Бригадир увидел Аленку и почувствовал, что язык у него прилип к гортани. Однако при народе объявить о том посовестился, а вышел на улицу и поманил за собой Аленку.

• - Хочешь, молодка, со мною в любви жить? [...]

• - Ай да бригадир! к мужней жене, словно клоп, на перину всползти хочет! [...]

• Однако упорство старика заставило Аленку призадуматься.

Это что говорить! - прибавляли другие, - нам терпеть можно! потому мы знаем, что у нас есть начальн

амая природа перестала быть благосклонною к глуповцам. [...] С самого вешнего Николы, с той поры, как начала входить вода в межень, и вплоть до Ильина дня не выпало ни капли дождя. Старожилы не могли запомнить ничего подобного и не без основания приписывали это явление бригадирскому грехопадению. [...] Людишки словно осунулись и ходили с понурыми головами; одни горшечники радовались ведру, но и те раскаялись, как скоро убедились, что горшков много, а варева нет. [...] Бригадир ходил в мундире по городу и строго-настрого приказывал, чтоб людей, имеющих "унылый вид", забирали на съезжую и представляли к нему. Дабы ободрить народ, он поручил откупщику устроить в загородной роще пикник и пустить фейерверк. Пикник сделали, фейерверк сожгли, "но хлеба через то людишкам не предоставили". Тогда бригадир призвал к себе "излюбленных" и велел им ободрять народ. Стали "излюбленные" ходить по соседям и ни одного унывающего не пропустили, чтоб не утешить.

• - Мы люди привышные! - говорили одни, - мы претерпеть мо'гим. Ежели нас теперича всех в кучу сложить и с четырех концов запалить - мы и тогда противного слова не молвим!

• - Это что говорить! - прибавляли другие, - нам терпеть можно! потому мы знаем, что у нас есть начальники!

• - Ты думаешь как ? - ободряли третьи, - ты думаешь, начальство-то спит? Нет, брат, оно одним глазком дремлет, а другим поди уж где видит!

• Но когда убрались с сеном, то оказалось, что животы кормить будет нечем; когда окончилось жнитво, то оказалось, что и людишкам кормиться тоже нечем. Глуповцы испугались и начали похаживать к бригадиру на двор.

• - Так как же, господин бригадир, насчет хлебца-то? похлопочешь? - спрашивали они его.

• - Хлопочу, братики, хлопочу! - отвечал бригадир.

• - С правдой мне жить везде хорошо! Ежели мое дело справедливое, так ссылай ты меня хоть на край света, - мне и там с правдой будет хорошо! (Евсеич, "самый древний в целом городе человек")

• - Это точно, что с правдой жить хорошо, только вот я какое слово тебе молвлю: лучше бы тебе, древнему старику, с правдой дома сидеть, чем беду на себя наклика'ть! (Фердыщенко Петр Петрович, бригадир, городской начальник)

• - Нет! мне с правдой дома сидеть не приходится! потому она, правда-матушка, непоседлива! Ты глядишь: как бы в избу да на полати влезти, ан она, правда-матушка, из избы вон гонит... вот что!

• - Что ж! по мне пожалуй! Только как бы ей, правде-то твоей, не набежать на рожон!

Это медленная смерть богатейшей территории, на которой находяться самые продуктивные в мире нерестил

Оригинал взят у androsow_vlad в Тот кто хочет.
Два месяца в уровень р. Волга, по рейке с Оля, превышает два метра.  Конкретно сегодня уровень 224см., а в декабре доходило до 270см, то есть ежегодный неожиданный и непланируемый зимний паводок продолжается, благополучно стекая в море, упираясь в непробиваемые земляные валы, утекая мимо упорно обводняемых подстепных ильменей. Я понимаю, что любая проблемма решаема, тем более, что как таковой проблеммы не существует, есть группа товарищей, которым как бы поручили заняться обводнением, но не дали конкретной инструкции, как действовать, по закону ли, по совести, или вообще надо ли. А надо то, вскрыть хотя бы четыре дамбы и увидеть конкретный результат. Вместо этого пишутся всевозможные отписки, ещё более несокрушимые, чем земляные дамбы, с железными, жопу прикрывающими аргументами, и обещаниями решить вопрос, вплоть до подачи исков в суд, с перекидыванием ответственности по кругу. Усилия можно сказать титанические. Итог пока плачевен, ильмени без воды, а это сотни, а может и тысячи тонн погибшей подо льдом рыбы, которую никогда не заметят наши правоохранители, как это было в десятых числах января, когда я, а потом и Е. Полонский снимали гибель малька в дренаже ильменеъя Кобёл, это не промывшиеся от соли заливные луга, они же нерестилища. Это медленная смерть богатейшей территории, на которой находяться самые продуктивные в мире нерестилища и подобной которой нет на планете. Похоже на планете нет и подобных чиновников. Есть истина, тот кто хочет, ищет возможности, тот кто не хочет ищет причину наши же чиновники, если они не хотят, то способны даже из возможности сделать причину.

 Труба должна быть под водой, что и случилось, когда весной вскрыли дамбу на Малой Чаде, пусть процентов на десять от необходимого, но вскрыли и вода пришла.
DSCN2146

Collapse )